Даву. «Железный маршал» Наполеона

На кладбище Пер Лашез их много, можно сказать – россыпь наполеоновских маршалов и генералов. НО… есть среди них и те, которые посетили Россию с «дружественным» визитом летом-осенью 1812 года.

Начну, пожалуй, с весьма одиозной фигуры Луи Николя Даву, герцога Ауэрштедского и князя Экмюльского. При всех своих заслугах большими амбициями он не обладал, поэтому могила у него на, так сказать, «второй линии пляжа» — не сразу и увидишь, так широко раскинулись соседи.

Маршал Даву — один из немногих, за кем сам Бонапарт признавал выдающиеся способности полководца, а главное — доверял самостоятельно вести военные действия и принимать решения.

В отличие от большинства в окружении императора, он имел дворянское происхождение. Правда, Революция быстро внесла коррективы и аристократическая фамилия д’Аву слегка видоизменилась.

Луи Николя получил отличное военное образование и даже зарекомендовал себя как талантливый математик. После учебы спокойно служил в королевской армии. Правда, по службе продвигался медленно. Закрытый, нелюдимый характер, неумение льстить, прогибаться не прибавляли ему очков в глазах военного начальства.

С приходом Революции Даву быстро сориентировался, перешел к революционерам и буквально за три дня из лейтенанта дорос до подполковника. И тут дело застопорилось. Кровавый террор ему претил, поэтому в 1793 году Даву подал в отставку. Причиной назвал ухудшение зрения. Кстати, это было правдой. Он единственный военачальник в Великой Армии, который носил очки. Слабое зрение – вещь серьезная, однако революционным властям причина показалась надуманной, поэтому Луи Николя и его матушку арестовали. И не сносить бы бывшим аристократам головы, но почему-то их честно отдали под суд. А суд, как ни пыжился, не смог родить ни одной улики против. Семью отпустили, а вскоре пал и режим якобинцев.

Даву вернулся в армию. Его там, кстати, не любили всю дорогу. Уважали, восхищались, но не любили. При всей вроде бы заботе о солдатах, он ухитрялся выжимать их до нуля, а среди внезапно расплодившихся вокруг Бонапарта генералов и маршалов мало кого уважал и не стеснялся это демонстрировать. Кстати, историки его до сих пор не любят.