«Я нашел его пигмеем, а потерял гигантом…». Жан Ланн.

Военная жизнь оседлости не подразумевает, но мотаться за тогда еще генералом по городам и весям жена не захотела. Бонапарт взял Ланна с собой в Египетский поход. И вот лежа на больничной койке раненый Ланн получает из дома дивную весть – в него родился сын.

«Штирлицу из центра пришла шифровка – он стал отцом. Штирлиц пустил скупую мужскую слезу – он уже несколько лет не был на родине».

Ланн не видел жену больше года. Можно представить себе эту «радость». С образованием у него было не очень, но он догадывался, что беременность не может длиться 13 месяцев. Пока Ланн дулся и переживал, на соседней койке хохотал над этой историей Мюрат (кстати, в кои-то веки он тут был ни при чем).

Поход закончился, Ланн вернулся во Францию и затеял развод. Чертовски неприятная тягомотина оказалась. Жена не являлась на слушания, а когда ее все-таки привлекали к ответу – уверяла, что ее беременность длилась больше года, так бывает, и почему вы меня, честную женщину, подозреваете Бог знает в чем. Но суд тоже умел считать и уверял, что ну никак, мадам…

Пару развели. Оскорбленная в своей невинности жена осталась нянчить незаконного ребенка. Ланн перебрался в Париж, поближе к Бонапарту. И тут его угораздило влюбиться в младшую сестру Наполеона – Каролину. Кстати, из всех претендентов на ее руку именно Ланну Бонапарт с удовольствием бы отдал сестру в жены. Но семейная история и развод генерала проходили с большим скандалом. Ланн еще не сбросил ветвистые рога, куда там выдавать замуж Каролину. А самой ей, понятное дело, уж который год застил свет Мюрат.

В общем, породниться с Бонапартом у Ланна не получилось. И к счастью, как потом выяснилось. Совсем скоро он встретил прелестную девушку по имени Луиза – одну из первых красавиц Парижа того времени. Барышня была прекрасна, умна и крайне добродетельна, чем вызывала сильное раздражение у высшего света. Лучшей жены маршалу Ланну и не сыскать. Долго ухаживать он не стал — взаимная любовь есть, Бонапарт не против, чего еще нужно? И сложилась удивительно гармоничная по тем временам пара. Жан и Луиза оказались, как говорят, на одной волне. Жена полностью разделяла его интересы и образ жизни, и горячо поддержала идею переехать из дома в Париже, где постоянно крутилась толпа непрошеных гостей, за город – в замок, который мы сейчас знаем как Мезон-Лаффит. Переехали. Пока Наполеон огорчался, Ланна засосала семейная жизнь. Он так скучал по жене, четырем мальчишкам и дочке, что из каждого похода просто летел домой, пренебрегая всеми правилами протокола. Ничего важнее семьи для маршала больше не было.