Поехать пить шоколад к графу Сен-При в Лан — бесценно!

А что же граф Сен-При…

У графа с тех пор была только война, только хардкор. Через некоторое время он попал в полк к Багратиону, и такой парой они и пошли дальше. Одно время князь Петр Иванович шипел в сторону Эммануэля — тот, дескать, стопудово французский шпион, но доказать ничем свои подозрения не мог, зато отдавал должное и уму, и храбрости, и верности. С пришествием Бонапарта Сен-При стал начальником штаба Второй армии. Вообще-то он был назначен туда сверху и как раз шпионить во имя государя, как все начальники штабов, но тут Александр Павлович обломался. Граф Эммануэль поддерживал своего босса, несмотря на явное раздражение и опалу со стороны императора. Багратион писал императору свои соображения по поводу поведения Барклая и постоянного отступления армии, а Сен-При, вместо того, чтобы самозабвенно стучать, дудел в ту же дуду.

Оба находились рядом в сражениях и одновременно пострадали на Бородинском поле – Багратиона смертельно ранило, Сен-При контузило. Граф Эммануэль уехал вслед за своим умирающим шефом во Владимирскую губернию и, несмотря на собственное нездоровье, больше двух недель сидел у изголовья князя. А потом закрыл умершему глаза, собрал все документы и написал императору с надеждой на разрешение похоронить Багратиона с почестями в Санкт-Петербурге. Но у императора успел вырасти такой длинный зуб на Багратиона, что доставал аж на том свете. Хороните, где и как хотите, был ответ из дворца.

Спустя полтора года Эммануэлю предстояло почти повторить судьбу Петра Ивановича.

Весной 1814 года исполнилась мечта графа Сен-При – он вернулся на родину, во Францию. Но – увы – не совсем так, как хотелось бы.

В начале марта Бонапарта успешно выбили из древнего французского города Лан, где он было окопался и даже дощечку по этому поводу прибил на крепостную стену. Великая Армия решила двигаться южнее — на Реймс. Тем более, там были свои. Туда же спешила и армия союзников. Первым к Реймсу прибыл корпус графа Сен-При. И видимо, в радостном угаре от возвращения домой граф только силами своего корпуса захватил город.

Инициатива оказалась наказуема. Сильно удивленный таким наскоком Наполеон решил, что в Реймсе вообще уже целая толпа противников и пора дать сражение. И тут Сен-При, конечно, сильно слажал. Когда на дороге показались первые части французской армии, он решил, что это просто выбитые накануне наполеоновские солдаты бомжуют по округе, и не стоит обращать внимание. А между тем, это шел лично император с армией. Против одного корпуса Сен-При, ну плюс-минус.